Субсидиарная ответственность: с чем Экономколлегия разберется в августе | Шелкопряд.Инфо

Автор: 09:41 Кейсы / Практика

Субсидиарная ответственность: с чем Экономколлегия разберется в августе

Распространяется ли СО на контрагентов должника? Какой вес имеют косвенные доказательства в спорах о привлечении к СО?

Распространяется ли СО на контрагентов должника?

Однажды мы уже писали о деле, в котором наряду с учредителями и гендиректором компании-банкрота суд привлек к субсидиарной ответственности и покупателя имущества должника.

На этот раз Экономколлегии предстоит разобраться, обоснованно ли суды привлекли к субсидиарной ответственности лиц, которые способствовали недобросовестным действиям должника, приведшим к образованию кредиторской задолженности.

В далеком 2011 году Гринченко Г.А. заключил с ООО «Ключ» (должник по данному делу) договор купли-продажи деталей и элементов самолета, частично оплатив их стоимость. Покупатель намеревался сконструировать самолет ЯК-7УБ. Для воплощения в жизнь своей идеи Гринченко заключил с ООО «Конструкторское бюро «Современные авиационные технологии» (далее – бюро) договор, по которому бюро обязалось осуществить сборку самолета.

ООО «Ключ» договор купли-продажи не исполнило, детали не передало. Однако это не помешало ему обратиться с иском к Гринченко о взыскании задолженности по этой сделке. В обоснование «Ключ» представил липовый (это установила экспертиза) акт приема-передачи деталей, подписанный покупателем. А бюро своим официальным письмом для суда подтвердило, что якобы получило от Гринченко детали самолета для последующей сборки. Во многом именно этот шаг привел руководство конструкторского бюро в данный спор в качестве ответчиков.

В итоге махинация вскрылась и уже Гринченко взыскал с ООО «Ключ» предоплату, которую он внес по так и не исполненному последним договору купли-продажи.

На основании этой задолженности Гринченко инициировал банкротство «Ключа», в рамках которого вместе с конкурсным управляющим попытался привлечь к субсидиарной ответственности не только директора компании-должника, но и учредителя и гендира конструкторского бюро.

Руководство бюро в лице Миронова М.А. и Шустерова В.Б., по мнению заявителей, являются контролировавшими должника лицами, так как активно способствовали заключению договора купли-продажи деталей и элементов самолета, демонстрировали покупателю детали самолета, а также создавали видимость исполнения договора подряда, направляя заказчику отчеты о проделанной работе. Кроме того, генеральный директор бюро подписал письмо, сообщив не соответствующую действительности информацию о получении бюро от Гринченко деталей и элементов самолета.

«…Податели жалоб обращают внимание, что именно невозможность возвратить денежные средства, полученные всеми ответчиками в счет исполнения обязательств покупателя по договору купли-продажи деталей и элементов самолета, стала причиной банкротства должника. При этом требования Гринченко Г.А. в процедуре банкротства составили 99,9 процента от общей суммы реестра требований кредиторов должника…»

Мнения судов на этот счет разделились:

Первая инстанция привлекла всех заявленных ответчиков к субсидиарке, посчитав, что экс-руководители бюро должны солидарно ответить по обязательства должника. Но апелляция и кассация заняли иную позицию и исключили Миронова М.А. и Шустерова В.Б. из числа контролировавших банкрота лиц.

Точку в споре поставит Экономколлегия Верховного суда 17 августа.

Источник: Определение ВС № 305-ЭС20-5422 (1,2) от 17.07.2020

Какой вес имеют косвенные доказательства в спорах о привлечении к СО?

В деле о банкротстве ООО «Торгово-закупочная компания «Синергия» № А46-10739/2017 Верховный суд разберется, достаточно ли косвенных доказательств влияния на хозяйственную деятельность должника для привлечения к субсидиарной ответственности, и как следует распределять бремя доказывания в аналогичных ситуациях.

В основе спора лежат разные взгляды на роль Головачева С.А. (ответчик) в деятельности компании, приведшей к банкротству.

Формально Головачев С.А. не являлся прямым руководителем должника. Он являлся единственным участником общества «Торгово-закупочная компания «Синергия» с момента его учреждения (04.04.2014) и до 11.12.2014. При этом с 11.12.2014 единственным участником должника стало акционерное общество «Группа Синергия», мажоритарным акционером которого был Головачев С.А.

Суд первой инстанции установил, что в результате контролирующего влияния Головачева на руководство должника, последним был заключен ряд подозрительных сделок по выводу со счетов должника денежных средств в общем размере около 400 000 000 рублей, вследствие чего должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, что закономерно привело к его банкротству.

«…Суд первой инстанции пришел к выводу, что данные сделки были заключены в результате создания и поддержания по указанию Головачева С.А. такой системы управления должником, которая изначально была нацелена на систематическое извлечение выгоды третьими лицами (другими членами холдинга) во вред должнику и его кредиторам. При этом на момент совершения указанных сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Наконец, суд первой инстанции установил, что должник в отсутствие какой-либо разумной для себя выгоды исполнил обязательства Головачева С.А. перед третьим лицом (Артемовым А.А.) по возврату денежных средств в сумме 2 549 141 рубль 94 копейки и 1 566 578 рублей 22 копейки по договорам займа от 04.02.2014 и от 03.04.2015, а также безвозмездно перечислил на личный счет Головачева С.А. сумму в размере 30 000 000 рублей, полученную по договору займа от 01.04.2016, заключенному Артемовым А.А. (заимодавец) и должником (заемщик). Подобные действия, по мнению суда первой инстанции, были бы невозможны при отсутствии определяющего влияния Головачева С.А. на руководителей должника и свидетельствовали о выполнении последними указаний Головачева С.А. в ущерб интересам должника…»

Суды апелляционной и кассационной инстанций посчитали, что заявителем не доказано, что непосредственно Головачев совершал или одобрял сделки на заведомо невыгодных для должника условиях или извлекал выгоду от перечисления должником в пользу аффилированных лиц денежных средств. Поэтому определение первой инстанции отменили.

«…Относительно сделок, из совершения которых извлек выгоду непосредственно ответчик, суд апелляционной инстанции отметил, что они не прошли тест на критерий существенности применительно к масштабам деятельности должника в целях применения презумпции доведения должника до банкротства…»

Конкурсный кредитор с таким раскладом не согласен. Судья ВС Иван Разумов счёл его доводы обоснованными и передал жалобу на рассмотрение в Экономколлегию. Заседание по этому делу назначено на 27 августа.

Источник: Определение ВС № 304-ЭС19-25557 (3) от 30.07.2020

Поделиться ссылкой:

(Visited 137 times, 1 visits today)
Метки: , Last modified: 07.08.2020
Закрыть